@ARTICLE{26589739_1163285223_2026, 
	author = {И. А. Скалабан and Т. Д. Алексеев and З. Н. Отто}, 
	keywords = {, городская конфликтность, конфликтные повесткиуправление конфликтами},
	title = {Пространства и инфраструктура городскойконфликтности: на материалах г. Новосибирска},
	journal = {Экономическая социология},
	year = {2026},
	month = {Май},
	volume = {27},
	number = {3},
	pages = {23-53},
	url = {https://ecsoc.hse.ru/2026-27-3/1163285223.html},
	publisher = {},
	abstract = {1В статье исследуется феномен городской конфликтности на примере Новосибирской агломерации 2022−2024 гг. Наблюдаемые в последние годы субъектная и предметная множественность, устойчивость и связанность части городских конфликтов свидетельствуют не только о росте их сложности, но и об изменении характера городской конфликтности, усилении её влияния на социальное и экономическое пространство, инфраструктуру и инвестиционную привлекательность территорий. Цель исследования — выявить механизмы поддержания конфликтности через анализ связанности конфликтных повесток и акторов. В основе исследования — реляционная теория пространства М. Лёв и теория полей стратегических действий Н. Флигстина и Д. Макадама. Эмпирическую базу составил материал Геоинформационной базы данных конфликтов Новосибирской агломерации (N = 774 конфликта), дополненный анализом упоминаний конфликтов в социальных сетях (N = 3070 упоминаний). Применены двухшаговый кластерный анализ и контент-анализ. Результаты показали, что предметные пространства городской конфликтности в настоящее время структурируются вокруг двух ядер — иерархических конфликтов, связанных с проектами изменений, строительством и землеустройством, и горизонтальных конфликтов повседневности, сфокусированных на безопасности, доступности и защите ценностей. Инфраструктуры конфликтования, в том числе квалифицированные акторы, устойчивые сетевые конфликтные сообщества и обслуживающие их медийные каналы играют существенную роль в поддержании и масштабировании конфликтов и конфликтности как в отдельных полях стратегических действий, так и в публичном пространстве города в целом. Результаты применимы в урбанистике, управлении городскими конфликтами и разработке механизмов согласования интересов в городской среде.},
	annote = {1В статье исследуется феномен городской конфликтности на примере Новосибирской агломерации 2022−2024 гг. Наблюдаемые в последние годы субъектная и предметная множественность, устойчивость и связанность части городских конфликтов свидетельствуют не только о росте их сложности, но и об изменении характера городской конфликтности, усилении её влияния на социальное и экономическое пространство, инфраструктуру и инвестиционную привлекательность территорий. Цель исследования — выявить механизмы поддержания конфликтности через анализ связанности конфликтных повесток и акторов. В основе исследования — реляционная теория пространства М. Лёв и теория полей стратегических действий Н. Флигстина и Д. Макадама. Эмпирическую базу составил материал Геоинформационной базы данных конфликтов Новосибирской агломерации (N = 774 конфликта), дополненный анализом упоминаний конфликтов в социальных сетях (N = 3070 упоминаний). Применены двухшаговый кластерный анализ и контент-анализ. Результаты показали, что предметные пространства городской конфликтности в настоящее время структурируются вокруг двух ядер — иерархических конфликтов, связанных с проектами изменений, строительством и землеустройством, и горизонтальных конфликтов повседневности, сфокусированных на безопасности, доступности и защите ценностей. Инфраструктуры конфликтования, в том числе квалифицированные акторы, устойчивые сетевые конфликтные сообщества и обслуживающие их медийные каналы играют существенную роль в поддержании и масштабировании конфликтов и конфликтности как в отдельных полях стратегических действий, так и в публичном пространстве города в целом. Результаты применимы в урбанистике, управлении городскими конфликтами и разработке механизмов согласования интересов в городской среде.}
}